«НИЧТО НЕ ЗАБЫТО»

(Литературно-музыкальная композиция)

Бермет АЛЫМБАЕВА, старший преподаватель Кыргызской академии образования

9 мая 2013 года весь мир будет отмечать 68-летие Победы над фашизмом. Уходят из жизни у многих родственники, знакомые тех, кто пережил тяжелейшие годы нашей страны.

С каждым годом всё дальше от нас героические и трагические годы Великой Отечественной войны. Чем дальше отдаляется от нас время военной поры, тем ярче высвечивает оно романтические лица того времени. Эта война была одним из самых тягчайших испытаний, которое с честью выдержала наша страна. Это были надежные, крепкие, мужественные, добрые люди – это их руками созидались великие дела, это они вынесли на своих плечах неслыхан­ную войну. Никогда не забудется подвиг труженика, ковавшего эту победу в тылу. Наш долг – хранить память об этом подвиге, уважение к стойкости, мужеству, беззаветной любви к своему Отечеству и передать это следующим поколениям.

Геройству лишних слов не надо.
Но каждый день и каждый час
Они со смертью жили рядом,
Чтоб оградить от смерти нас.
Чтоб мир наш стал еще чудесней,
Чтоб тишина царила в нем…
И им пришлось родным и близким
Писать под вражеским огнем.

Среди весны, когда радостно поют птицы, а земля, омытая талой водой, дымится зеленью молодого хлеба, наступает святой для нашей родины день, когда мы вспоминаем тех, кто победил фашизм и внес свой вклад в нашу Победу, вспоминаем живых и усопших.

А говорили: всё проходит
И позабудется в свой срок,
Но боль войны жива в народе
И бродит, как в березе сок.

И среди уже немногочисленных фронтовиков, награжденных боевыми наградами, мы видим женщин, которые, на первый взгляд, никакого отношения к прошедшей войне не имеют. И в то же время без них не было бы этой Победы. И они взвалив на себя всю тяжесть мужской работы, тоже приближали нашу Победу.

Вставай, страна огромная,
Вставай на смертный бой
С фашистской силой темною,
С проклятою ордой!

Это песня была написана 22 июня 1941 г. В первый день войны. Песня звала всех, в ком есть мужество, подняться для отпора гитлеровским армиям, для отпора немецкому фашизму.

Вчерашние охотники становились снайперами, трактористы и шоферы – танкистами и летчиками, математики превращались в артиллеристов, а врачи – в полевых хирургов. Женщины выходили вместо мужей на неубранные поля, ребята постарше вытачивали снаряды и винтовочные стволы на заводах. Мальчишки прифронтовых деревень и городов нередко становились разведчиками, подбирали на поле боя оружие и шли вместе со старшими в партизаны.

И не было во всей стране – от западных ее границ, где уже шли бои, до восточных, у Тихого океана, — ни одной семьи, ни одного дома, которого бы не коснулась война, откуда бы не ушли на фронт или где бы не работали для фронта. И потому назвали войну эту Великой…

Не смеют силы темные
Над Родиной летать,
Поля ее просторные
Не смеет враг топтать!
Пусть ярость благородная
Вскипает, как волна…

Они шли не для того, чтобы добывать чужие земли. Они шли не завоевывать колонии. Они шли, чтобы очистить от врага свою землю, чтобы спасти честь и независимость своего Отечества.

О войне я знаю по книгам, кинофильмам. Рассказам ветеранов. Напоминает нам о ней и аллея Героев, которая находится в центре города.

Война принесла очень много горя и слез родным и близким людям. Мой народ перенес самую страшную из войн на Земле. И теперь каждый человек делает все, чтобы был прочным мир на Земле.

Без мира нет детства, нет счастья. Если бы ты понял меня, мой друг! Пусть мы с тобой и говорим на разных языках, пусть мы живем в разных странах! И тебе, и мне нужен мир. Нужен он и моим землякам-строителям, энергетикам, химикам, жителям нашего города и села.

Казалось, было холодно цветам
И от росы они слегка поблёкли.
Зарю, что шла по травам и кустам,
Обшарили немецкие бинокли.
Цветок. В росинках весь, к цветку приник,
И пограничник протянул к ним руки.
И немцы. Кончив кофе пить, в тот миг
Влезали в танки, закрывали люки.
Такою все дышало тишиной,
Что вся земля еще спала, казалось.
Кто знал, что между миром и войной
Всего каких-то пять минут осталось!

Константин Симонов писал: «О минувшей войне необходимо знать всё. Надо знать и чем она была, с какой безмерной душевной тяжестью были связаны для нас дни отступлений и по­ражений, и каким безмерным счастьем для нас была Победа. Надо знать и о том, каких жертв нам стоила война. Какие разрушения она принесла, оставив раны и в душах людей, и на теле земли.

Кто сказал: «Всё сгорело дотла,
Больше в Землю не бросите семя»?!
Кто сказал, что земля умерла?
Нет – она затаилась на время.
Материнства не взять у Земли,
Не отнять, как не вычерпать моря.
Кто поверил, что землю сожгли?
Нет – она почернела от горя.
Нет! Звенит она, стоны глуша,
Изо всех своих ран, из отдушин.
Ведь Земля – это наша душа,
Сапогами не вытоптать душу!

Если горе имеет свой запах, то война пахнет огнем, пеплом и смертью.

Война — это письма, которых ждут и боятся получать, это особая любовь к добру и особая жгучая ненависть к злу и смерти, погибшие молодые жизни. Непрожитые биографии, несбывшиеся надежды, ненаписанные книги, несовершившиеся открытия, невесты, не ставшие женами.

Война — это горький пот и кровь, это последний сухарь во взводе, разделенный на четырех оставшихся в живых, это котелок ржавой болотной воды и последняя цигарка, которую жадно до­куривает, обжигая пальцы, глядя на ползущие танки.

Нам было тогда по двадцать лет и по сорок одновременно. Мы мечтали вернуться в тот довоенный мир, где солнце казалось нам праздничным солнцем, встающим на земле каждый день по своей закономерности; трава была травой, предназначенной для того, чтобы расти, быть зеленой; фонари – для того, чтобы освещать сухой апрельский тротуар, вечернюю толпу гуляющих, в которой идешь и ты, восемнадцатилетний, загорелый, сильный.

За долгие четыре года войны, чувствуя близ своего плеча огненное дыхание смерти, молча проходя мимо свежих бугорков с надписями химическим карандашом на дощечках, мы не утратили в себе прежний мир юности, но мы повзрослели на двадцать лет и, казалось, прожили их так подробно, так насыщенно, что этих лет хватило бы на жизнь двум поколениям.

Мы узнали, что мир и прочен и зыбок. Мы узнали, что солнце может не взойти утром, потому что его блеск, его тепло способна уничтожить бомбежка, когда горизонт тонет в черно-багровой завесе дыма.

Кто мог представить, что когда-нибудь увидит на белых ромашках, этих символах любви, капли крови своего друга, убитого автоматной очередью? Война была жестокой и грубой школой. Молодые школьники сидели не за партами, а в мерзлых окопах, и перед ними были не конспекты, а бронебойные снаряды и пулеметные гашетки.

Воздух наполнился громом, гуденьем,
Мир был изломан, был искажен.
Это казалось ошибкой, виденьем,
Страшным, чудовищным миражом.
Только видение не проходило…
Следом за танками. У моста,
Пыльные парни в серых мундирах
Шли и стреляли от живота.
На фотографии в газете
Нечетко изображены
Бойцы, ещё почти что дети,
Герои мировой войны.
Они снимались перед боем-
В обнимку, четверо у рва.
И было небо голубое,
Была зеленая трава.
Никто не знает их фамилий,
О них ни песен нет, ни книг.
Здесь чей-то сын, и чей-то милый,
И чей-то ласковый жених.

Наши отцы и деды – это то поколение, что остались в живых, вернулось с войны, сумев сохранить, пронести в себе через огонь чистый, лучезарный мир, веру и надежду. И они стали не­примиримы к несправедливости, добрее к добру, их совесть стала вторым сердцем. Ведь эта совесть была оплачена большой кровью.

Главные участники истории – это Люди и Время. Не забывать Время – это значит не забывать Людей, не забывать Людей – это значит не забывать Время.

Постарела мать за двадцать лет,

А вестей от сына нет и нет.
Но она все продолжает ждать,
Потому что верит, потому что мать.
И на что надеется она?
Много лет, как кончилась война,
Много лет, как все пришли назад.
Кроме мертвых, что в земле лежат.
Сколько их в то дальнее село,
Мальчиков безусых не пришло!
Но она же мать
Все ждала – вот-вот сейчас в окно
Посреди тревожной тишины
Постучится сын ее с войны.
Я голосую за мир
сердцем всего народа.
Я голосую за мир
равенства и свободы.
Я голосую за мир,
чтобы земля в пустыню
Не превратилась вдруг,
чтобы на белом свете
Лишь с добротою рук
были знакомы дети.
Разве нужны земле
шрам войны на теле?
Дайте ей журавлей-
тех, что взлететь не успели.
Чтобы цвела заря
добрым и ясным светом,
Мир тебе. Земля!
Я голосую за это.
(Игорь Зуев)

Пришло мирное время, но шрамы той войны остались в каждом городе, в каждом селе. Созданы мемориальные комплексы, места боев отмечены обелисками, памятники с красными звездами хранят имена погибших героев. Но на многих могилах не увидишь табличек с именами, лишь количество захороненных людей. Они пали. Их нет, но они живут в нас.

Человеческая память. Время не властно над ней! И сколько бы лет и десятилетий ни прошло, люди Земли снова и снова будут возвращаться к нашей Победе, ознаменовавшей торжество жизни над смертью, разума над безумием, гуманности над варварством.

Оставьте первый комментарий

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.


*